«Он просто ушёл в рейс…»


   

«Счастливой вахты!» – так называется новая книга проекта «Территория I», презентация которой стала ключевым событием недавно прошедшего в нашем городе арт-фестиваля «Провинция у моря». Этот мемориальный сборник вышел в память о нашем друге, моряке, капитане дальнего плавания и просто хорошем человеке Игоре Сабаненко.

  

Часть представленного в книге уже публиковалась в других сборниках проекта «Территория  I», запомнилась и полюбилась читателям. Но, готовя нынешнюю книгу, редакционная коллегия собрала всё, что только было возможно: записи Игоря из судового журнала, файлы, хранившиеся на жёстком диске компьютера, переписку с друзьями.

  

Эта небольшой, ярко и креативно оформленный  сборник не оставит равнодушным никого, потому что он удивительно созвучен нашему морскому городу, в котором практически каждая семья так или иначе связана с морем. Морские были, забавные истории, фейерверк эмоций и карнавал сюжетов втягивают читателя в водоворот событий, вырваться из  которого невозможно – и совсем не хочется! Тонкий юмор, так свойственный Игорю, переполняет все его рассказы, и читать книгу без улыбки просто невозможно. Когда мы готовили эту книгу, Дмитрий Фус написал очень точные слова: «Проза Игоря Сабаненко легка и воздушна, как утренний морской бриз. Не успеваешь войти во вкус, как глаза уже бегут по последним строчкам, а хочется читать еще и еще! Чувство юмора всегда помогало человеку выжить в трудной ситуации. И именно этим чувством Игорь был одарен в полной мере. Жизнелюбие просматривается в каждом его слове и в каждой строке. И если вы хотите получить изрядную долю оптимизма и хорошего настроения, читайте Игоря Сабаненко. И у вас будет все хорошо!»

  

Читая ёмкую и короткую прозу Игоря и даже не зная его лично, нетрудно представить по его историям, байкам и воспоминаниям, каким человеком он был. Прежде всего – истинный профессионал своего дела, не идущий ни на какие компромиссы в том, что касается дела, не допускающий ни малейшей расхлябанности в таком ответственном и подчас опасном морском деле. Такая же резкость и бескомпромиссность суждений была ему свойственна и относительно окружающей нас действительности, современных политических реалий. И вместе с тем читателей всегда подкупал и поражал трогательный лиризм, неизбывная грусть и ностальгия по безвозвратно утраченному, по изменившимся временам, по тому, что было для него дорого. А ещё все рассказы Игоря непременно были пропитаны свойственным ему юмором, порой переходящим в сарказм. У подобных людей обычно имеется в наличии твердый внутренний стрежень. Но любая твердость имеет свой запас прочности. Игорь  многое принимал близко к сердцу. И однажды это сердце просто не выдержало… 

  

***

  

…Что знали мы о нём? Совсем немногое.

  

Игорю теперь навсегда останется 48.

  

Он начал работать очень рано – с 16 лет. До этого учился в первой, а затем в четвёртой школах, закончил мореходку – и на всю жизнь связал свою судьбу с морем. В 27 лет стал помощником капитана, ещё через несколько лет – капитаном.

  

Он строил планы, мечтал о путешествиях, растил сына и любил жену. Он обладал удивительной способностью оказываться рядом, когда нужно было чьё-то плечо, чтобы  поверить в то, что мир добр. Загадка его невероятной харизматичности, его такой невероятной притягательности, которую чувствовали все, кому выпало счастье знать Игоря, связана с тем, что он был personality, был Личностью, человеком, который сам себя структурировал. Энциклопедические знания, ум, эрудиция сочетались в нём с такими несовременными вещами, как такт, порядочность, доброжелательность, готовность прийти на помощь. 

  

Игорь всегда был интереснейшим собеседником, предельно искренним человеком и надёжным другом. Его потрясающе смешная проза, морские были и путевые заметки – это вихрь смеха, тонкой иронии, искрящихся эмоций и точных оценок. «За бортом» его прозы оставалось самое страшное и тяжёлое – в рассказе о работе судна, переданного в середине 80-х годов одному из НИИ, ни слова нет ни о клинической смерти радиста, ни о том, что дважды отказывал судовой двигатель. У него была работа, требующая сумасшедшего морального и физического напряжения. Были рейсы, когда Игорь по 24 часа оставался на капитанском мостике – доверить судно кому-либо другому было невозможно. А в редкие периоды отпуска вместе с сыном он занимался тем, о чём Игорь никогда нам не рассказывал – они разыскивали солдат, погибших под Одессой во время Великой Отечественной войны. В 2008 году шесть найденных ими воинов были перезахоронены в братской могиле у Обелиска Славы на трассе «Ильичёвск – Одесса». Дед Лоры, жены Игоря, пропал без вести в 1944 году, и то, что они с сыном Женей делали, было данью памяти и долгом чести. 

  

В свой последний рейс Игорь уходил совсем ненадолго – всего через четыре недели он должен был вернуться домой со сложнейшей работы на буровых установках, куда его очень просили приехать и помочь – нужен был профессионал, идеально знающий судовождение и особенности работы в подобных условиях.

  

В Вене, через которую он летел на новую работу, всё и произошло: перестало биться сердце.

  

Потом было кладбище на Таирова, где он улыбался нам с фотографии – а мы плакали…

  


 
 Каково это обещать и верить, любить, надеяться и... умереть?..
 листать телефонную книгу в аэропорту, сделать выдох и... не вдохнуть?..
 Каково это
потерять отца и сына, мужа, друга... Оставить от сердца треть
 и в пустоте не увязнуть, и в рутине не утонуть?..
 Каково это
писать смс и на кнопку «отправить» нажать не успеть?
 Потерять
ни много, ни мало - одну из звезд, освещавших путь?
 и слова сказать (от того, что голос дрожит) не сметь?
 и слышать, как вместо крови по венам стекает ртуть?
 
 Каково это
мечтать и помнить, писать рассказ и... уже никогда не поставить точку?..
 На кресло откинуться, моргнуть и... глаза не открыть?
 Только знаешь, не сомневайся в том, что есть те, кто Тебя соберут по строчке
 и... продолжат любить.
 
 Каково это, когда слова, что не скажешь, теперь лишь звук?..
 Только сердце тепло и встречи трепетно продолжает хранить
 и... за стуком стук.
 Только столько людей себя калечит, память вспарывая за нитью нить.
 Только столько людей знает точно
 каково бы все это ни было,
 никто не сможет Тебя забыть.

  

                                             

  

[Маша Чернега, 11.04.2010 23:45] 

  

 

  

У нас, хорошо его знавших, кроме своей боли, останется светлая грусть и воспоминания о хорошем, добром человеке. А ещё он останется на страницах книг, что замечательно и очень правильно. От многих прекрасных достойных людей не осталось даже этого, а лишь только черточка между двумя датами...

  

Для всех нас, его знавших, и прежде всего для семьи, он просто ушел в рейс. Последний, откуда не возвращаются. Ушёл, оставшись с нами навсегда – в памяти, в сердце.

  

Вот лишь несколько цитат из написанного теми, кто лично знал Игоря, либо был знаком с ним заочно, только по его сообщениям на нашем городском форуме компании «Глобал Сити Нет»: 

  

«Есть люди, которые очень близки. Люди, которые понимают с полуслова. Люди, в которых важно все – каждая искорка в глазах, каждая морщинка на лице, каждое движение губ. Так жаль, что эти люди уходят... Игорь ушел слишком рано. Мы о многом не успели поговорить... Но я чувствую, что он рядом. Воспоминания о нем исключительно теплые и ёмкие – в них важна любая мелочь.

  

Игорь оставил вместо себя море. Мы были одной крови, поэтому теперь во мне одна треть соленой воды…» (Мария Чернега). 

  

«Боль и печаль пройдут – память останется. Останется его сочная проза. Обидно и досадно, что еще одним интересным человеком на земле стало меньше» (Константин Елумахов). 

  

«Всегда правдивый и едкий. Часто ироничный. Не державший никогда ни пряника, ни кнута за спиной, и говоривший то, о чём на самом деле думал...

  

Многим ли дано было? Придут новые люди. Засияют новые лица.

  

Останется утрата. Безмерно глубокая, как яр или овраг. Останется яром... да просто рубцом на сердце каждого, кто знал этого человека.

  

Светлая память ему» (Анатолий Семёнов). 

  

«Искренне жаль, и искренне сочувствую близким. Такой Человек ушел из жизни... Но в нашей памяти он останется, как и его рассказы, на страницах книг…» (Виталий Тримайлов). 

  

Редколлегия проекта «Территория I» считает для себя честью, что нам довелось готовить к печати веселые и одновременно грустные заметки Игоря, его замечательную прозу. И вот что невольно всплыло в памяти, когда мы узнали, что Игоря нет с нами больше: «Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если волной снесёт в море береговой Утёс, меньше станет Европа, и так же, если смоет край мыса или разрушит Замок твой или друга твоего; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе». Это слова английского поэта Джона Донна. Кажется, что и завещание-реквием Стивенсона тоже написано и про Игоря:

  

 

  

К широкому небу лицом ввечеру

  

Положите меня, и я умру, 

  

Я радостно жил и легко умру

  

И вам завещаю одно –

  

Написать на моей плите гробовой:

  

«Моряк из морей вернулся домой,

  

Охотник с гор вернулся домой,

  

Он там, куда шел давно». 

  

 

  

Счастливой тебе вахты, Игорь. Счастливой бессрочной вахты.

  

А среди нас ты навсегда останешься светлой памятью. 

  

…И пока он далеко, давайте откроем страницы этой книги – и вспомним, как он шутил, как умел радоваться жизни, как блестяще сочетался в нём талант писателя и талант быть Человеком. 

  

 

  

                                        Павел Харчевка

                                                                                                    Ирина Василенко 


ПНВТСРЧТПТСБНД
    Опитування

    Нажаль зараз немає активних опитувань

    Тут ви можете подивитися результати минулих опитувань